Содержание

уровень инфляции в стране снижается 4-й год подряд :: Экономика :: РБК

В Японии уровень инфляции в 2012г. снизился на 0,1% по сравнению с 2011г. Таким образом, 2012г. стал четвертым годом подряд, когда уровень инфляции в Японии снижается, говорится в отчете японского правительства. В декабре 2012г. индекс потребительских цен в Японии снизился на 0,2% по сравнению с декабрем 2011г.

Фото: AP

Отметим, что при расчете инфляционных показателей в Японии учитывается стоимость энергоносителей и не учитывается стоимость свежих фруктов, овощей и морепродуктов. Уровень инфляции без учета цен на продукты питания и энергоносители в декабре 2012г. снизился на 0,6% по сравнению с аналогичным периодом годичной давности.

Банк Японии прогнозирует, что в этом финансовом году, который заканчивается в апреле 2013г., уровень инфляции снизится на 0,2%, а в следующем, наоборот, вырастет на 0,4%. 22 января с.г. Банк Японии оставил ключевую учетную ставку на уровне 0,0-0,1% и увеличил целевой показатель инфляции вдвое – до 2%.

Напомним, что в начале 2013г. в Японии была принята программа стимулирования экономики объемом 116,8 млрд долларов. Эти средства будут вложены в развитие инфраструктуры, финансовую помощь малому бизнесу и поощрение корпоративных инвестиций. Премьер-министр Японии Синдзо Абэ полагает, что сверхмягкая монетарная политика и меры экономического стимулирования позволят стране выбраться из рецессии конца 2012г., которая стала результатом снижения объемов экспорта.

«Мы создаем новые механизмы взаимодействия между правительством и Банком Японии. Мы ожидаем от Банка Японии агрессивного монетарного смягчения и четкой ценовой политики. Вдобавок мы продолжим внимательно отслеживать ситуацию на валютном рынке и вносить необходимые коррективы», — сказал С.Абэ. Для финансирования стимулирующих мер Токио намерен выпустить облигации на 5 трлн иен (примерно 56 млрд долл.) в 2013г. Уровень задолженности правительства Японии по отношению к валовому внутреннему продукту (ВВП) страны превышает 240%.

Error 404 — Мировая экономика: новости, статьи, статистика, аналитика

       АНАЛИТИЧЕСКАЯ ЛЕНТА      ———

Экономика Швеции   
……………………………………………………………….

Экономика Ирландии

………………………………………………………………



Экономика Нидерландов  

……………………………………………………………….


Экономика Германии  

………………………………………………………………


Экономика Финляндии   
………………………………………………………………

Экономика Польши

………………………………………………………………


Экономика Франции

………………………………………………………………


Экономика Норвегии
………………………………………………………………

Экономика Италии

………………………………………………………………


Экономика  Англии 

……………………………………………………………..


Экономика Испании
……………………………………………………………….

Экономика Дании

……………………………………………………………..


Экономика Турции

……………………………………………………………..


Экономика Китая

……………………………………………………………..


Экономика Греции
…………………………………………………………….

Экономика США 
……………………………………………………………..

Экономика Австрии

…………………………………………………………….


Экономика России

……………………………………………………………..


Экономика Украины

………………………………………………………………


Экономика Кипра

……………………………………………………………..


Экономика Израиля

……………………………………………………………..


 Экономика Японии

…………………………………………………………….


 Экономика Индии

…………………………………………………………….


Экономика Европы

…………………………………………………………….

Инфляция в Японии впервые за 10 лет приблизилась к 2%

(Комментарий: Дмитрий Уголков — ИК «ЦентрИнвестСекьюритиз», Александр Чабанов — ИК «Брокеркредитсервис»)

В Японии вышли данные по росту потребительских цен за июнь. Впервые за десять лет он составил 1,9 % в годовом исчислении, в мае этот показатель равнялся 1,5 %. По этим данным можно судить об уровне инфляции в стране.

По итогам года, по мнению аналитиков, инфляция в Японии может превысить 2 %. Это пороговое значение ценовой стабильности. По их мнению, такие значения инфляции в Японии могут говорить о том, что в ее экономике начались новые процессы. Причины роста эксперты видят в росте цен на нефть, металлы, продукты питания и энергию.

«Японцы дождались инфляции и теперь не могут её контролировать, — комментирует

Александр Чабанов, аналитик БКС. — Базовый индекс потребительских цен в Японии прибавил в июне 1,9%, что для развитой экономики является крайне высоким уровнем. Отметим, что индекс растёт ускоряющимися темпами с октября 2007 года. Долгое время, примерно с 1998 года, японские финансовые власти наоборот пытались побороть дефляцию — страшного врага экономического роста. Им это удалось, я бы даже сказал, что они перестарались. Растущие цены на энергоносители и сырьё спровоцировали неконтролируемую инфляцию товаров и услуг».

Эксперты так же считают, что банк Японии не пойдет на ужесточение денежно-кредитной политики для того, чтобы сдержать растущие цены. Они отмечают, что пока нет признаков негативного влияния на экономику страны от растущих цен на сырье и продукты питания. Базовая процентная ставка в стране находится на уровне 0,5 % и, скорей всего, в течение этого года меняться не будет.

Дмитрий Уголков, аналитик ИК «ЦентрИнвестСекьюритиз»

: «Инфляция растет, и растет быстрыми темпами для Японии. Сейчас главный вопрос в том, будет ли Банк Японии повышать базовую процентную ставку. Здесь не все так просто. Если ставка будет поднята, то это, несомненно, сдержит инфляцию. Но с другой стороны повышение ставки ведет к замедлению роста экономики. К тому же еще эта мера приведет к тому, что японская валюта станет дорожать по отношению к другим. А это негативно отразится на экспорте, он будет снижаться. И получится ситуация, когда инфляцию получится сдержать, а рост ВВП будет замедляться из-за растущего импорта, а он будет расти на фоне дорожающего сырья, и падающего экспорта. Так что все будет зависеть от действий японского регулятора, какую стратегию он выберет».

Вадим Дзабиев, БКС Экспресс

Самый радикальный в мире эксперимент с денежной политикой провалился

США по-видимому раньше других стран откажутся от политики ультранизких процентных ставок, которую центробанки использовали для стимулирования экономического роста и борьбы с дефляцией. Федеральная резервная система США уже начала повышать ставки, а Европейский центральный банк думает над сокращением своей программы стимулирования. Но это не касается Японии, проводящей самый длительный и радикальный эксперимент со ставками. Прошло уже четверть века с тех пор, как лопнул пузырь на местном рынке недвижимости, и за это время в стране выросло целое поколение бережливых людей, не видевших ничего, кроме экономических проблем, стагнации зарплат и дефляции.

Уверенность в том, что дефляция продолжится, настолько укоренилась, что проблемы в денежной политике представляются уже непреодолимыми. Это должно послужить уроком для других стран. «Даже с помощью радикальной политики сложно изменить дефляционный тип мышления, — говорит Фредерик Нойманн из HSBC. — Готов поспорить, что Япония будет оставаться в этом состоянии еще много лет».

Первопроходец

Центробанк Японии уже почти четыре года пытается стимулировать экономику, печатая триллионы иен и опустив ставки до отрицательных значений. Эта программа, начатая в апреле 2013 г. председателем ЦБ Харухико Куродой, сначала привела к краткосрочному ускорению экономики и росту цен, но затем потеряла эффективность. В 2016 г. в Японии снова зафиксирована дефляция. В ноябре Курода отложил цель достичь значения инфляции на уровне 2%, фактически признавшись в отсутствии идей. В последние месяцы инфляция снова стала положительной, но экономисты связывают это с победой Дональда Трампа на выборах в США, укреплением доллара и ростом цен на нефть, а не с экономической ситуацией в Японии. Немногие прогнозируют уверенный рост ВВП и цен в стране.

Представитель Куроды отказался предоставить комментарии.

Дефляция подрывает экономический рост, поскольку компании меньше зарабатывают и, следовательно, меньше инвестируют, снижают зарплаты и прекращают нанимать сотрудников. В свою очередь, потребители на фоне экономической неопределенности прекращают тратить деньги или откладывают покупки на потом, усугубляя ситуацию.

Предполагалось, что низкие процентные ставки поспособствуют ускорению инфляции, заставляя компании и потребителей увеличить затраты. Но они этого не делают, так как привыкли к дефляции и ждут продолжения снижения цен. Более того, есть доказательства, что околонулевые процентные ставки на самом деле пугают людей, заставляя экономить деньги на черный день, а не тратить их.

Импровизацией занимались и другие центробанки, но они не заходили так далеко. Банк Японии первым опустил ключевую процентную ставку почти до нуля в 1999 г. — задолго до того, как это сделали ЕЦБ, ФРС и Банк Англии в ответ на финансовый кризис 2008 г. Также японский центробанк в 2001 г. стал наводнять финансовую систему страны деньгами в попытке стимулировать рост ВВП и инфляцию. Эту практику, получившую название «денежное стимулирование» (или количественное смягчение), позже стал применять Запад. В 2013 г. Курода начал вливать столько денег в финансовую систему (в итоге около $700 млрд в год), что некоторые инвесторы начали опасаться возникновения пузырей и гиперинфляции. Но этого не произошло. В 2016 г. Банк Японии вслед за ЕЦБ опустил процентные ставки ниже нуля, чтобы все-таки заставить банки увеличить кредитование.

Нынешние проблемы Японии было почти невозможно себе представить во время бума в 1980-е гг. Тогда японские магнаты покупали такие известные здания, как Rockefeller Center в Нью-Йорке, а цены на недвижимость в Токио были самыми высокими в мире. Но в 1989 г. Банк Японии повысил процентные ставки, и пузыри на рынках акций и недвижимости лопнули. С тех пор среднегодовой рост ВВП не превышает 1% и периодически случаются рецессии. В конце 1990-х гг. начали падать цены. В результате Японию обогнал Китай, и она стала третьей по величине экономикой мира. Фондовый индекс Nikkei сейчас примерно вдвое ниже пикового значения в 1989 г., а недвижимость подешевела за последние четверть века.

Производитель замороженных десертов Akagi Nyugyo в прошлом году даже извинился в рекламе после того, как впервые за 25 лет повысил цены (на 9%). Денежные запасы японских компаний – почти $2 трлн, и чиновники негодуют, что эти средства не инвестируются в экономику.

Смена поведенческих норм

Также дефляция во многом определяет поведение 20 млн японцев в возрасте от 20 до 34 лет. Повышение зарплат, рост фондового рынка или высокие ставки по депозитам – для них это что-то из области фантастики. Они привыкли к тому, что завтра цены будут ниже, чем сегодня. Поэтому они инстинктивно предпочитают не рисковать и экономить. В отличие от поколения своих родителей, они не имеют склонности к потреблению, считая это излишком. Из-за этого в Японии появился новый феномен: некоторые молодые люди живут с соседями по комнате в общежитиях и питаются в ресторанах быстрого питания. Если японцы и готовы на что-то тратить деньги, так это на путешествия, поскольку в отличие от материальных вещей впечатления не теряют ценность в условиях дефляции.

Некоторые пожилые японцы, помнящие о лишениях послевоенных лет, обеспокоены отсутствием амбиций у молодежи. В стране даже появился термин «НУНРы» для молодых людей, которые «Не Учатся и Не Работают»; «фритеры» – для имеющих нестабильную или временную работу; «одиночки-паразиты» – для живущих с родителями. Также японки жалуются на «травоядных мужчин», не проявляющих интереса к противоположному полу. «Их проблема в том, что они слишком комфортно устроились, – говорит бывший министр экономики Хейзо Такенака. – У них низкие ожидания. Мы хотели иметь роскошные автомобили, а они, по-видимому, нет».

Многие экономисты верили, что предпринятого в 2013 г. Банком Японии стимулирования будет достаточно, чтобы вывести страну из нисходящей спирали слабого роста экономики и снижения цен. Курода и члены правительства премьер-министра Синдзо Абэ указывали на первоначальный скачок инфляции и роста как на признаки эффективности стимулирования. Другие специалисты считают, что денежная политика работала, пока в 2014 г. не был повышен налог с продаж.

Согласно октябрьскому опросу Банка Японии, только 5% респондентов планируют увеличить затраты в 2017 г., а 48% – снизить.

Не тратить, а копить

Например, 30-летний госслужащий Кеита Камеяма из сельской провинции Кагава откладывает около 25% зарплаты, равной $40 000 в год, на свадьбу с девушкой, с которой уже давно встречается. Он живет с матерью, ездит на старом автомобиле Honda и редко покупает новые вещи. Денежная политика центробанка почти не повлияла на расходы Камеямы. Он по-прежнему кладет деньги на обыкновенный банковский счет, хотя ставки по депозитам в его банке не превышали 1% с 1995 г., а сейчас равны 0,05%. Камеяма боится, что из-за стагнации у него будет маленькая пенсия и недостаточно денег для ухода за матерью. Последнее очень актуально в стране, гле людей старше 60 лет сейчас вдвое больше, чем в возрасте 20-34 лет. «Я слышал об усердных попытках [центробанка] заставить людей тратить свои деньги, но не думаю, что полезу в свой кошелек», — отмечает Камеяма.

Многие молодые японцы экономят просто потому, что не имеют достаточно денег. Все больше людей работают на низкооплачиваемой или временной работе. «Компании не растут и не могут уволить своих стареющих сотрудников. Поэтому у них нет возможности нанимать молодежь», – утверждает основатель Japan Macro Advisors Такудзи Окубо.

Компании, продающие автомобили, пиво и косметику, больше не рекламируют свою продукцию молодым людям, вместо этого сосредоточившись на пенсионерах, отмечает Йохеи Харада из рекламного агентства Hakuhodo. «Дети и родители поменялись ролями. Люди более старшего поколения по-прежнему ведут себя как дети и хотят покупать модные автомобили, в то время как их дети обеспокоены их тратами», — говорит он.

Такаси Саито, 33-летний неженатый предприниматель, жил в коммунальной квартире в Токио, когда два года назад решил начать свое дело. Он основал интернет-компанию, позволяющую женщинам брать одежду напрокат, чтобы не покупать ее. Платя $45 в месяц, они могут брать одновременно три вещи и вернуть их, когда пожелают. Саито думал, что ему будет легко получить кредит благодаря низким процентным ставкам, которые должны были заставить банки активнее кредитовать малый бизнес. Но он ошибся. Саито с большим трудом получил от Japan Finance Corp. менее $50 000, хотя просил $200 000. Год спустя его бизнес вырос, и Саито попросил еще денег, но получил отказ. В результате ему пришлось использовать собственные сбережения, брать в долг у семьи и надеяться на венчурных инвесторов.

В Japan Finance Corp. отказались предоставить комментарии.

По словам аналитиков, японские банки стали вести себя консервативнее, особенно с не имеющими залога стартапами, поскольку из-за низких процентных ставок уменьшилась их прибыль.

Без надежды на прибавку

Некоторые экономисты советуют правительству увеличить фискальное стимулирование и еще сильнее смягчить денежную политику. Но другие предупреждают, что из-за стимулирования долг Японии и так уже вырос до 230% ВВП, поэтому это может обернуться крахом экономики.

Японский модный бренд Uniqlo стал популярным в эпоху дефляции, предлагая бережливым японцам недорогую повседневную одежду. Но спрос упал, когда Uniqlo повысила цены в 2015 г., поэтому компании пришлось снова их снизить. Основатель Uniqlo Тадаси Янаи считает, что это отрицательные процентные ставки и денежное стимулирование центробанка пугают потребителей: «Это вызывает беспокойство о будущем. [Банк Японии] должен отказаться от отрицательных процентных ставок, ведь это идиотизм».

По мнению экономиста JPMorgan Chase Масааки Канно, дефляционный образ мышления укоренился, потому что он рациональный. Зарплаты не менялись уже 25 лет, поэтому молодежь не уверена, что в будущем будет получать больше.

Если в 1980-х гг. Хироми Сибата могла потратить месячный заработок на одежду, которую надевала лишь несколько раз, то теперь ее 26-летняя дочь Нанако Сибата признается, что треть ее гардероба составляют вещи, доставшиеся от матери. Более того, Сибата недавно стала снимать гораздо более дешевую квартиру и вообще перестала покупать новые вещи, чтобы работать лишь три дня в неделю. Вместо карьеры она посвящает время современным танцам. «По-моему, нечестно, если я буду полностью посвящать себя компании, ведь в наши дни вряд ли стоит ждать прибавки к зарплате», – говорит она.

Перевел Алексей Невельский

Аналитики объяснили, как инфляция в США повлияет на весь остальной мир

Инфляция в США достигла максимального за 13 лет уровня — 5,4%. Ситуация в экономике схожа с той, что сложилась в 2008 году перед кризисом, предупреждают многие аналитики. Такие опасения повышают инфляционные ожидания и вынуждают регулятор перейти к решительным действиям.

Представляя полугодовой доклад 13 июля, председатель ФРС Джером Пауэлл признал, что инфляция заметно ускорилась и, с очень высокой долей вероятности, останется на таком уровне в ближайшие месяцы, прежде чем ослабнуть.

«Высокий спрос в секторах, где производственный дефицит или другие ограничения предложения сокращают производство, привел к быстрому росту цен на некоторые товары и услуги, который должен частично повернуться вспять, когда эффект от дефицита исчезнет», — заявил он.

Фактически это означает, что ФРС будет вынуждена повысить ключевую ставку — еще в середине июня предполагалось, что это может произойти в конце следующего года, но сейчас мнение большинства аналитиков склоняется к началу 2022-го как дате роста показателя. Само повышение ключевой ставки в США повлечет за собой ряд негативных факторов, которые скажутся на частном и финансовом секторах экономики.

По мнению авторов Telegram-канала «MMI Market Sentiment Index»,

если цифры значимо превысят ожидания, то спекуляции на тему скорого ужесточения денежно-кредитной политики могут вновь всколыхнуть рынки и стать поводом для перераспределения активов инвесторов в пользу менее рисковых, что по сути означает отток капитала из активов развивающихся стран.

По прогнозу, опубликованному на этом канале, если цены продолжат расти теми же темпами, что и последние три месяца, то в ближайшие 12 месяцев для базовой инфляции ожидается рост до 10,6%, а для общей — 9,7%.

Допечатались

Опрошенные «Газетой.Ru» аналитики сходятся во мнении, что

антикризисные меры, принятые президентами Джо Байденом и Дональдом Трампом для ликвидации последствий коронакризиса (в частности, несколько триллионных пакетов поддержки), привели к перенасыщению американской экономики деньгами.

«Разумеется, и антикризисный план Байдена, и меры стимулирования экономики при Трампе — это все звенья одной цепи. Когда для восстановления экономики ФРС вливает ликвидность в рынки, это неминуемо приводит к росту инфляции в США», — заявил основатель «Школы Практического Инвестирования» Федор Сидоров в разговоре с «Газетой.Ru».

Главный научный сотрудник Института США и Канады РАН Владимир Васильев в свою очередь согласился с тем, что антикризисный портфель Байдена определенно сыграл свою роль в ускорении темпов инфляции США. По его мнению, это преимущественно случилось из-за того, что полученные выплаты американцы направили не на стимулирование спроса в экономике, а на собственные нужды: закрытие долгов, накопления на черный день или инвестирование. Но Васильев подчеркивает, что

в силу такого распределения средств в экономике назревает очередной пузырь, который может вылиться в повторение кризисной ситуации 2008-го, когда американцы тратили значительное количество средств на спекулятивные игры на рынке недвижимости.

Другой причиной, послужившей разгону темпов инфляции, ученый называет повышение цен на бензин. Он отмечает, что этому поспособствовала политика администрации, которая начала менять курс на «зеленую» энергетику, что повлекло за собой ряд ограничительных мер в области углеводородной экономики.

Жесткий подход

Все предпосылки намекают на ужесточение денежно-кредитной политики, и многие инвесторы опасаются повышения ключевой ставки. Однако Васильев пояснил, что ФРС, скорее всего, пока не намерена прибегать к таким мерам.

«Пока что они считают, что смогут решить проблему урегулированием объемов денежной массы. Но не хотят повышать ключевую ставку, чтобы не связывать по рукам и ногам финансовый сектор и фондовые рынки», — уточнил эксперт.

Он считает, что это не самый быстрый и эффективный метод, однако, скорее всего, именно его и используют, так как попытки перенаправить деньги из финансового сектора в реальный не срабатывают.

«В таких условиях, если ФРС начнет повышать ставку и при этом будет расти госдолг США, может произойти очередной кризис, который перекинется на многие страны»,

— добавил главный аналитик AMarkets Деев Артем.

Несмотря на очевидную проблему перегрева «печатного станка», эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций» Антон Новиков полагает, что повышение ставки ФРС при такой инфляции вряд ли приведет к снижению эмиссии нового госдолга.

Он объяснил это тем, что чистые процентные расходы находятся на довольно низком уровне, а ожидаемый экономический рост вместе с ростом налогов поспособствуют комфортному уровню обслуживания госдолга.

Отметим, что в своем долгосрочном прогнозе после 2030 года Управление Конгресса США по бюджету ожидает, что процентная ставка по 10-летним казначейским облигациям будет неуклонно расти, достигнув 4,8% к 2050 году, а государственный долг вырастет до 195% от ВВП (прогноз на 2021 год — 100,1%, рекорд был в 1946 году — 106%).

Директор аналитического департамента «Фридом Финанс» Вадим Меркулов это мнение не разделяет. Он считает, что повышение ставки в таких условиях может избавить от необходимости в новых заимствованиях.

«По нашим ожиданиям ФРС начнет повышение ставки в 2023 году, а это означает, что только к середине 2024 года регулятор может дойти до ключевой ставки в 1%», — прогнозирует аналитик.

Он также уточняет, что такое может произойти только в условиях уверенного экономического роста. С учетом новых фискальных мер, а именно налоговой реформой Джо Байдена, которая также увеличит доходы бюджета, это поможет снизить дефицит бюджета, а вместе с ним и потребность в наращивании госдолга.

Заплатят развивающиеся страны

Еще одно опасение, озвученное экспертами, состоит в том, что повышение ставки ФРС при высокой инфляции может привести к росту доходности казначейских бумаг, что создает риск отвлечения внимания от развивающихся рынков.

Меркулов считает, что такой активный рост инфляции — явление временное, что подтверждается игнорированием рынка капитала новостей о нем. Он также добавил, что

инвестиции в США, скорее всего, замедлятся к середине 2022 года, поскольку внимание инвесторов переключится на европейский рынок или рынки развивающихся стран.

Эксперт «БКС Мир инвестиций» в свою очередь уточняет, что существует несколько факторов, которые могли бы повлиять на уровень доходности казначейских облигаций США.

«В том числе это касается уровня покупок ценных бумаг ФРС США в рамках количественного смягчения, а также действий других центробанков», — говорит он.

То есть в том случае, если ФРС поднимет ставку раньше, чем ожидается, а другие центральные банки не поменяют свою политику, инвесторы за пределами США будут покупать американские государственные облигации, из-за чего их доходность не будет сильно меняться. Такой же результат ожидается, если начнется период роста ставок во всем мире.

«Если же в США вырастет доходность, а в развивающихся рынках будет расти инфляция при неизменной ставке, – тогда есть риск, что развивающиеся рынки станут менее привлекательными и инвесторы отправятся на рынки США»,

— предупреждает Новиков.

В России ухудшили прогноз по инфляции: что будет с ценами к декабрю

Инфляция в сентябре достигла 7,4% в годовом выражении. Цены продолжают идти на взлет, невзирая на обещания властей повернуть их вспять. Каждый месяц то ЦБ, то Минэкономразвития твердят, что стоимость товаров и услуг в стране вот-вот перестанет пугать потребителей бесконечным ростом. Но этого не происходит. До сих пор официальные прогнозы по инфляции на конец года остаются весьма оптимистичными. Для того чтобы показатель в декабре достиг плановых отметок, цены должны падать уже сейчас. Однако инфляция продолжает штурмовать очередные пики.

Инфляция в годовом выражении ускорилась до уровня 7,4%. Драйверами роста в последнее время выступают преимущественно продукты питания. «В сентябре наблюдался рост цен на плодоовощную продукцию, в том числе помидоры подорожали — на 24,9%, огурцы — на 17,3%, апельсины — на 12,9%, чеснок — на 6,5%, бананы — на 3,4%, груши — на 3,3%, лимоны — на 3,1%, зелень свежая — на 2,4%, сухофрукты — на 2%», — сообщили в Росстате.

В то же время, по оценкам самих потребителей, реальное подорожание на прилавках намного серьезнее, чем в официальных сводках. Житель Санкт-Петербурга, основываясь на практике постоянных покупок по минимально возможным ценам, утверждает, что за год сахар подорожал на 50%, курица на 30%, а масло — на 90%.

В Росстате также отметили, что ценник подскочил не только на продовольственные товары. В частности, стоимость обучения в негосударственных образовательных организациях высшего профессионального образования и общеобразовательных организациях выросла 7,9% и 7,7% соответственно. В сентябре также заметно подорожали шины для легковых автомобилей — на 3,4%, а новые отечественные легковые автомобили — на 3,2%. В сфере услуг туризма больше всего подорожали поездки на отдых в Объединенные Арабские Эмираты — на 14,6%.

По словам основателя «Школы практического инвестирования» Федора Сидорова, осенью причинами роста инфляции является рост мировых цен, усиление глобальной инфляции (которая перекидывается на рынки развивающихся стран, ведь дорожает импорт), а также снижение урожаев отдельных культур.

Действительно, в настоящее время рост цен на продукты питания в мире находится на максимумах за 20 лет. Кроме того, стремительное увеличение цен на нефть, газ, уголь, металлы также стимулирует рост цен по всем отраслям и направлениям.

«В России собственными причинами роста цен является снижение урожая картофеля и других овощей (из-за неурожая после жаркого лета), а также рост внутренних цен на сырье (зерновые, масла) — из-за роста издержек производителей (увеличивается стоимость топлива, перевозок)», — поясняет Сидоров.

Несмотря на оптимистичные прогнозы властей на конец года (инфляция 5,7-6,2%, согласно официальным оценкам), в настоящее время существенных предпосылок к снижению инфляции на российском потребительском рынке нет, убеждены финансовые аналитики. Так почему же Минэк и Банк России продолжают настаивать на замедлении роста цен к январю?

Никаких причин для того, чтобы инфляция начала снижаться, де-факто сейчас нет, рассказывает руководитель отдела аналитических исследований «Высшей школы управления финансами» Михаил Коган. По его словам, проблема в том, что ни ЦБ, ни Минэкономразвития просто не могут признать, что инфляция — это проблема, которая останется с нами еще как минимум на полгода, а если начнется полноценный финансовый кризис — то и на год-два из-за очередного обрыва логистических цепочек и удорожания материалов.

«Плохо не столько то, что инфляция вообще растет — это как раз нормально в ситуации восстановления экономики. Плохо то, что вместе с инфляцией не растут реальные доходы населения, оставаясь плюс-минус на тех же уровнях, что было где-то в 2010 году, — подчеркивает аналитик. — И с этим государство, увы, сделать ничего не сможет, поскольку для решения этой проблемы нужны инвестиции в создание рабочих мест. А в нынешнее время, которое видится не самым спокойным и из-за пандемии, и из-за глобальных проблем в экономике, и из-за политической враждебности мирового сообщества к России, иностранные инвесторы особо к нам не торопятся».

Ждать, что инфляция замедлит свой рост, не стоит, считает портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Евгений Жорнист. «Я бы ожидал уровня чуть ниже текущего, либо вблизи него, но выше ожиданий Банка России и Минэка. Что-нибудь в районе 7-7,4% по итогам года», — полагает он.

Фото: Иван Скрипалев

Опубликован в газете «Московский комсомолец» №28641 от 8 октября 2021

Заголовок в газете: Осеннее обострение инфляции

«экономика» Германии после Первой мировой войны — Финансы на vc.ru

{«id»:294932,»url»:»https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny»,»title»:»\u0413\u0438\u043f\u0435\u0440\u0438\u043d\u0444\u043b\u044f\u0446\u0438\u044f: \u00ab\u044d\u043a\u043e\u043d\u043e\u043c\u0438\u043a\u0430\u00bb \u0413\u0435\u0440\u043c\u0430\u043d\u0438\u0438 \u043f\u043e\u0441\u043b\u0435 \u041f\u0435\u0440\u0432\u043e\u0439 \u043c\u0438\u0440\u043e\u0432\u043e\u0439 \u0432\u043e\u0439\u043d\u044b»,»services»:{«facebook»:{«url»:»https:\/\/www.facebook.com\/sharer\/sharer.php?u=https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny»,»short_name»:»FB»,»title»:»Facebook»,»width»:600,»height»:450},»vkontakte»:{«url»:»https:\/\/vk.com\/share.php?url=https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny&title=\u0413\u0438\u043f\u0435\u0440\u0438\u043d\u0444\u043b\u044f\u0446\u0438\u044f: \u00ab\u044d\u043a\u043e\u043d\u043e\u043c\u0438\u043a\u0430\u00bb \u0413\u0435\u0440\u043c\u0430\u043d\u0438\u0438 \u043f\u043e\u0441\u043b\u0435 \u041f\u0435\u0440\u0432\u043e\u0439 \u043c\u0438\u0440\u043e\u0432\u043e\u0439 \u0432\u043e\u0439\u043d\u044b»,»short_name»:»VK»,»title»:»\u0412\u041a\u043e\u043d\u0442\u0430\u043a\u0442\u0435″,»width»:600,»height»:450},»twitter»:{«url»:»https:\/\/twitter.com\/intent\/tweet?url=https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny&text=\u0413\u0438\u043f\u0435\u0440\u0438\u043d\u0444\u043b\u044f\u0446\u0438\u044f: \u00ab\u044d\u043a\u043e\u043d\u043e\u043c\u0438\u043a\u0430\u00bb \u0413\u0435\u0440\u043c\u0430\u043d\u0438\u0438 \u043f\u043e\u0441\u043b\u0435 \u041f\u0435\u0440\u0432\u043e\u0439 \u043c\u0438\u0440\u043e\u0432\u043e\u0439 \u0432\u043e\u0439\u043d\u044b»,»short_name»:»TW»,»title»:»Twitter»,»width»:600,»height»:450},»telegram»:{«url»:»tg:\/\/msg_url?url=https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny&text=\u0413\u0438\u043f\u0435\u0440\u0438\u043d\u0444\u043b\u044f\u0446\u0438\u044f: \u00ab\u044d\u043a\u043e\u043d\u043e\u043c\u0438\u043a\u0430\u00bb \u0413\u0435\u0440\u043c\u0430\u043d\u0438\u0438 \u043f\u043e\u0441\u043b\u0435 \u041f\u0435\u0440\u0432\u043e\u0439 \u043c\u0438\u0440\u043e\u0432\u043e\u0439 \u0432\u043e\u0439\u043d\u044b»,»short_name»:»TG»,»title»:»Telegram»,»width»:600,»height»:450},»odnoklassniki»:{«url»:»http:\/\/connect.ok.ru\/dk?st.cmd=WidgetSharePreview&service=odnoklassniki&st.shareUrl=https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny»,»short_name»:»OK»,»title»:»\u041e\u0434\u043d\u043e\u043a\u043b\u0430\u0441\u0441\u043d\u0438\u043a\u0438″,»width»:600,»height»:450},»email»:{«url»:»mailto:?subject=\u0413\u0438\u043f\u0435\u0440\u0438\u043d\u0444\u043b\u044f\u0446\u0438\u044f: \u00ab\u044d\u043a\u043e\u043d\u043e\u043c\u0438\u043a\u0430\u00bb \u0413\u0435\u0440\u043c\u0430\u043d\u0438\u0438 \u043f\u043e\u0441\u043b\u0435 \u041f\u0435\u0440\u0432\u043e\u0439 \u043c\u0438\u0440\u043e\u0432\u043e\u0439 \u0432\u043e\u0439\u043d\u044b&body=https:\/\/vc.ru\/finance\/294932-giperinflyaciya-ekonomika-germanii-posle-pervoy-mirovoy-voyny»,»short_name»:»Email»,»title»:»\u041e\u0442\u043f\u0440\u0430\u0432\u0438\u0442\u044c \u043d\u0430 \u043f\u043e\u0447\u0442\u0443″,»width»:600,»height»:450}},»isFavorited»:false,»embed»:»»}

7474 просмотров

Статья о том, каким образом Первая мировая война сказалась на Германии, неэффективные действия правительства которой привели эту страну и её население к гиперинфляции и государственным ценам в квадриллионах немецких марок. На фото — деньги, необходимые для покупки одной буханки хлеба в Германии в октябре 1923 года.

Прочитав статью вы поймёте, что шутка про «чернила в денежном принтере» совсем не шутка.

Вступление

Представьте себе мировую экономику как армаду кораблей, проходящих через узкий и опасный пролив, ведущий к морю процветания. Навигация по каналу коварна – ваш корабль может рухнуть с водопада дефляции или сгорит в адском пламени инфляции. Мировой флот скован цепями торговли и инвестиций, поэтому, если одно судно опасно отклоняется от курса, оно тянет за собой другие.

Печатайте слишком мало денег, и мы спадаем с водопада, как Великая депрессия 1930-х годов. Печатаем слишком много, и мы горим, как Германия в Веймарской республике в 1920-х годах. Не справляемся с пассатом, и мы тонем, как Япония в 90-ые.

Краткое содержание статьи:

1) Германия вступила в Первую мировую войну из-за сложной сети союзов, которая втянула её в конфликт с Австро-Венгрией, объявившей войну Сербии в 1914 году.

2) Миллионы людей погибли, огромная государственная инфраструктура была разрушена. Немецкое государство нагружало себя долгами, чтобы заплатить за войну, после которой расходы также продолжали расти, готовя страну к денежной катастрофе.

3) Поскольку вариантов финансирования не было, государство разрешило Имперскому банку печатать данные о государственном дефиците, чтобы они могли найти деньги, необходимые для выплаты репарационных выплат и поддержания работы государственных служб.

4) Инфляция начала стремительно расти в 1921 году, и возникли разрушительные «замкнутые инфляционные петли». Немецкие банки начали сбрасывать марки на бирже и капитал начал покидать страну. Общественное доверие к марке ухудшилось и скорость обращения денег начала увеличиваться. Инфляция достигла тысяч процентов.

5) Разъяренные тем, что им платят все более бесполезными бумажными марками, французы в начале 1923 года оккупировали немецкую долину реки Рур. Это было последней каплей, поскольку Рур был центром промышленности. Товаров стало еще меньше, а цены взлетели.

6) В середине 1923 года марка, уже находящаяся в состоянии гиперинфляции, стала параболической. Нехватка продуктов питания стала обычным явлением, за ней последовали бунты и политические беспорядки.

7) Ситуация была стабилизирована в конце ноября 1923 года с денежной перезагрузкой. Была введена новая валюта, поддерживаемая землей, и скорость денежного обращения + инфляция, наконец, начали падать, цены стабилизировались.

Первая Мировая Война

28 июня 1914 года австрийский эрцгерцог Франц Фердинанд и его жена Софи были убиты боснийским сербским националистом по имени Гаврило Принцеп. Убийство положило начало быстрой цепочке событий, поскольку Австро-Венгрия немедленно обвинила сербское правительство в нападении, а сложная сеть союзов и договоров втянула практически всю Европу в бойню.

Поскольку Россия поддерживала Сербию, Австрия попросила гарантий, что Германия выступит на ее стороне против России и её союзников, включая Францию и, возможно, Великобританию.

28 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии и хрупкий мир между великими державами Европы рухнул, положив начало разрушительному конфликту, ныне известному как Первая мировая война.

Война закончилась поздней осенью 1918 года, после того как страны-участницы Центральных держав одно за другим подписали соглашения о перемирии.

Германия была последней, подписавшей перемирие 11 ноября 1918 года. В результате этих соглашений Австро-Венгрия была разделена на несколько более мелких стран.

Согласно Версальскому договору, Германия была строго наказана значительными экономическими репарациями, территориальными потерями и строгими ограничениями ее прав на военное развитие

Первая мировая война была одним из величайших водоразделов геополитической истории 20-го века.

Она привела к падению четырех великих имперских династий (Германии, России, Австро-Венгрии и Турции) + послужила началу большевистской революции в России и, дестабилизируя европейское общество, государства и экономики, в том числе, заложив основу для Второй мировой войны.

Гиперинфляция

Эта дестабилизация была особенно заметна в Германии, поскольку вскоре после окончания войны она была ввергнута в экономический и социальный беспорядок

Как и в случае с другими войнами, правительства приостановили действие золотого стандарта во время Первой мировой войны, чтобы увеличить денежную массу и оплатить войну. Поэтому, как и во все послевоенные эпохи, многие страны столкнулись с гораздо более высокими темпами инфляции в конце Первой мировой войны.

У германского правительства был простой план для финансирования войны – не за счет налогов, а за счет займов и печатного станка

Инфляция в Германии 1914–1923 годов имела незаметное начало, постепенно увеличиваясь до одного-двух процентов.

В первый день войны Германский Рейхсбанк, как и другие центральные банки воюющих держав, приостановил погашение своих банкнот, чтобы предотвратить утечку своих золотых резервов. (Подобно тому, что Никсон сделал в США несколько десятилетий спустя, 15 августа 1971 года).

Кроме того, Рейхсбанк предложил помощь центральному правительству в финансировании военных действий.

Поскольку налоги всегда непопулярны, правительство Германии предпочло занять необходимые суммы денег, чем существенно повысить свои налоги. В этом ему с готовностью помогал Рейхсбанк, который дисконтировал (читай: покупал) большинство казначейских обязательств.

Таким образом, растущая процентная доля государственного долга попала в хранилища центрального банка, а эквивалентное количество денег печатного станка – в наличные средства населения.

Короче говоря, центральный банк монетизировал (напрямую печатал) растущий государственный долг, который тратился в реальную экономику

К концу войны цены выросли примерно на 140% по сравнению с ценами на момент начала войны.

Немецкая марка торговалась в пределах нормального диапазона 20 марок за фунт на ранних этапах войны. Она закончилась в декабре 1918 года на уровне 43 марки за фунт.

США вернулись к золотому стандарту в 1919 году, а другие европейские страны и Япония восстановили золотой паритет пару лет спустя. Учитывая ограниченное предложение золота в начале 1920-х годов, европейские страны и Япония приняли решение о частичном золотом стандарте, при котором резервы частично состояли из золота и частично из валют других стран. Этот стандарт известен как Золотой стандарт.

Однако Германия оказалась в гораздо более тяжелом положении

Разоренная конфликтом, она увидела крах ее кадров, разрушение ее сырьевой производственной индустрии и переворот ее старого политического истеблишмента.

В январе 1919 года, через два месяца после прекращения боевых действий в Первой мировой войне, в Версале, бывшем поместье французской монархии под Парижем, была созвана конференция для выработки условий мирного договора об официальном прекращении конфликта.

Хотя присутствовали представители почти 30 стран, условия мира по существу были написаны лидерами Соединенного Королевства, Франции и Соединенных Штатов, которые вместе с Италией сформировали «большую четверку», которая доминировала в процессе.

Побежденные страны — Германия и ее союзники — Австро-Венгрия, Османская империя (ныне Турция) и Болгария — даже не были приглашены к участию.

  • В конце концов союзники согласились, что они накажут Германию в попытке настолько ослабить эту нацию, чтобы это не представляло угрозы в будущем.
  • Все встречные предложения, внесенные Центральными державами 29-го числа, были отклонены. Германия отказалась подписывать соглашение.
  • 17 июня союзники дали Германии пять дней на то, чтобы решить или возобновить войну.
  • У представителей Германии не было другого выбора, кроме как принять условия и, таким образом, согласились на « диктат ».

Условия были суровыми по любым стандартам

Условия договора требовали от нового правительства Германии сдачи примерно 10 процентов своей довоенной территории в Европе и всех своих заморских владений. Германия лишилась огромного количества земли, потеряв 68 000 км² территории, включая Эльзас и Лотарингию, которые были аннексированы в 1870 году, и 8 миллионов жителей. Часть западной Пруссии отошла к Польше, которая получила выход к морю через знаменитый «Польский коридор».

Кроме того, Германия потеряла большую часть своей рудной и сельскохозяйственной продукции. Её колонии были конфискованы, а военная мощь страны была подорвана.

Согласно условиям статьи 231 Договора, немцы приняли на себя полную ответственность за войну и обязательство выплатить репарации союзникам в размере, который будет определен Комиссией по репарациям.

Последнее положение оказалось бы самым катастрофическим для Германии.

Сумма репараций горячо оспаривалась всеми сторонами — она началась с выплаты 5 миллиардов долларов в 1919 году, затем 9 миллиардов долларов, а затем, когда продолжался учет военных расходов, увеличилась до 33 миллиардов долларов в 1921 году ( долг на тот момент без поправки на инфляцию)).

Победители решили переложить все расходы, включая лечение раненых французских солдат, потерянных бельгийских лошадей, пенсии для британских железнодорожников и многое другое, на плечи немецкого государства.

Долг такого размера по сути не подлежит выплате

Джон Мейнард Кейнс

Известный британский экономист

Сразу после войны правительство Германии также начало большие расходы на здравоохранение, образование и социальное обеспечение

Требования к казначейству были чрезвычайно высокими из-за расходов на демобилизацию; задолженность по перемирию, ремонт разрушенной инфраструктуры и колоссальный упадок национализированных отраслей промышленности. Всё это привело к огромному бюджетному дефициту, который продолжал расти.

Курс марки к фунту стал барометром международного доверия к Германии и уровню её национального отчаяния.

До войны он составлял 20 марок за фунт стерлингов. На в конце войны, в декабре 1918 года, она составляла 43 марки за фунт. Версальский мирный договор был принят в июне 1919 г., и за фунт можно было купить 60 марок. Но когда снова наступил декабрь, курс стал 185 марок за фунт. Уже сейчас среднегодовая девальвация примерно на 20 процентов в год стал напоминать стабильность.

Инфляция военного времени, составлявшая примерно 20% в год, была в значительной степени скрыта от общественности.

Под прикрытием военной тайны правительство смогло скрыть цифры инфляции, закрыть фондовые биржи и запретить публикацию курсов валют.

Частый дефицит и скачки цен приписывались нормированию военного времени, и поэтому многие граждане думали, что по окончании войны и политическом соглашении в Версале высокие темпы инфляции начнут нормализоваться, а цены упадут.

Чего они не понимали, так это того, что казначейство к этому времени было полностью погружено в долги и военные обязательства — они уже давно решили восполнить огромный дефицит исключительно за счет силы печатного станка, решив увеличить денежную массу, а не проводить дефолт. по платежам.

Фунт стерлингов теперь торговался на уровне 240 германских марок. Стоимость жизни с начала войны выросла почти в 12 раз (по сравнению с 3 раза в США, 4 раза в Великобритании и 7 раз во Франции).

Еда для семьи из четырех человек, которая стоила 60 марок в неделю в апреле 1919 года, стоила уже 198 марок к сентябрю 1920 года и 230 марок к ноябрю 1920 года.

Стоимость некоторых продуктов, таких как сало, ветчина, чай и яйца, выросла в 30-40 раз от довоенной цены. Цены продолжали расти по всем направлениям.

На протяжении всего периода инфляции наиболее популярное объяснение обесценивания денежной массы возлагало вину на неблагоприятный платежный баланс, который, в свою очередь, возлагался на выплату репарации и другие обременения, налагаемые Версальским договором.

Для большинства немецких политиков государственный дефицит и бумажная инфляция были не причинами, а следствием внешнего обесценивания марки.

Широкая популярность этого объяснения, возлагавшего на победивших союзников полную ответственность за немецкую катастрофу, имела зловещие последствия для будущего, поскольку давала Гитлеру козлов отпущения, на которых он мог направить немецкую ярость.

По мере роста инфляционных ожиданий потребителей они уходили и покупали больше товаров, отказываясь оставлять свои деньги на банковских счетах, где они ежегодно теряли половину своей стоимости.

Этот приток покупок привел к росту цен, что подтвердило собственные подозрения потребителей в отношении инфляции, остановить которую было практически невозможно.

Другая проблема, которая была быстро осознана, заключалась в быстром увеличении скорости обращения денег

Скорость обращения денег — это мера скорости обмена денег в экономике, измеряемая тем, сколько раз в год обменивают среднюю банкноту.

Давайте рассмотрим это. Если в экономике общая денежная масса составляет 1000 долларов, но эти деньги передаются между руками только один раз в год, они могут делать покупать товары и услуги только ОДИН РАЗ в течение года.

Если те же самые доллары переходят из рук в руки (т.е. совершают сделки) 365 раз в течение года, они могут предлагать те же самые товары 365 раз в течение года, тем самым увеличивая общие цены.

Низкая скорость обращения денег означает, что люди экономят свои деньги, а не тратят их, и, таким образом, цены на активы и потребительские цены остаются низкими — имеется меньше денег, чтобы поднять их цену.

Скорость обращения денег — это производная второго порядка помимо инфляции, она также представляет собой еще один цикл замкнутой цепочке инфляции.

Скорость обычно увеличивается во время инфляции и уменьшается во время дефляции, тем самым усугубляя движение в любом направлении (делая инфляцию или дефляцию более серьезной).

Данных за этот период времени крайне мало, поэтому было трудно найти хорошие источники, которые могли бы надежно оценить скорость — один достойный источник от доктора экономических наук, который был обнаружен, показал, что скорость обращения денег начиналась с 8 в 1920 году, но быстро увеличилась до 10 в 1921 году, затем 100, затем взлетел до 10,000 на заключительных этапах краха в 1923 году.

Такой высокий показатель означает, что средняя разовая бумажная марка переходила из рук в руки 27 раз в день!

Большинство немцев не обращали внимания на лежавшие перед ними руины.

Фрау Эзенменгер, вдова из Австрии, которая подробно задокументировала гиперинфляцию, вышла и потратила свои сбережения на покупку государственных облигаций в конце войны.

Когда она вернулась через год, они уже потеряли 75% своей стоимости.

Она ворвалась в банковский зал, расспрашивая своего банкира о своих вложениях за год до этого — она зафиксировала это в своем дневнике:

… В большом банковском зале велось много дел… Вокруг шли оживленные дискуссии о штампах валюты, выпуске новых банкнот, покупке иностранных денег и так далее. Фрау пошла к служащему банка, который сказал:

– «Ну, разве я не был прав? Если бы вы купили швейцарские франки год назад, когда я предлагал, вы бы сейчас не потеряли три четверти своего состояния».

– «Вы не думаете, что валюта не восстановится?»

– «Восстанавится! Ха-ха!»

– «У меня государственные ценные бумаги. Разве нет ничего безопаснее этого?»

– «Моя дорогая, где находится государство, которое гарантировало вам эти ценные бумаги? Оно мертво».

Несколько лет спустя она даже не купила бы на них и буханки хлеба.

Гиперинфляция начинается

По мере того как 1921 год продолжался, финансовая ситуация продолжала ухудшаться.

Немецкое правительство столкнулось с безвыходной ситуацией: они могли либо повысить налоги, чтобы более чем удвоить их текущие ставки (которые и так были высокими из-за повышения налогов, санкционированных во время войны), что наверняка вызовет политическую революцию в Германии и потенциальный дефолт; или они могли бы продолжать печатать свои дефициты и надеяться, что союзники не захватят немецкие активы или что рост стоимости жизни вызовет нехватку продовольствия и беспорядки.

Они продолжали идти по пути печатания денег, не подозревая, что они все стремительнее загоняют свою страну в пропасть.

В марте 1921 года Франция оккупировала немецкие порты из-за растущего недовольства союзников неплатежеспособностью немцев. Были захвачены рейнские порты Дуйсбург, Рурорт и Дюссельдорф, что еще больше ограничило возможности предприятий-экспортеров продавать свою продукцию, что привело к падению их акций на биржах.

В следующем месяце был нанесен еще один сокрушительный удар, когда Комиссия завершила определение размера репараций Германии за войну. Адам Фергюсон продолжает:

27 апреля 1921 г. Комиссия по репарациям установила общий объем Германии ответственность в размере 132 миллиардам золотых марок, что эквивалентно 6 миллиардам фунтов стерлингов

По мере того как политическая ситуация становилась все более нестабильной, крупные банки и богатые немцы начали продавать свои марки на иностранной валюте.

В начале переговоров это началось как небольшая струйка, поскольку наиболее образованные немцы считали, что чиновники казначейства исправят корабль, уравновесят государственный бюджет и смогут вытащить Германию из трясины.

Но по мере того, как в течение 1920 и 1921 годов ситуация ухудшалась, банкиры, спекулянты, торговцы и богатые промышленники начали сбрасывать марки на биржах, что еще больше снизило стоимость марки и, таким образом, увеличило импортные цены на иностранные товары для немцев.

К июлю 1921 года немецкие торговые банки начали приказывать торговцам валютой продавать все запасы бумажных марок по любой цене, которая была предложена.

Вскоре к ним присоединилась широкая публика

Любой, у кого имелся избыток богатства в марках, отправлял их на биржи для продажи и конвертации в более стабильные валюты, что еще больше усиливало сброс марок на бирже и снижало ее стоимость на валютных рынках. Капитал начал массово покидать страну.

Между тем инфляция продолжала расти. По мере того как Казначейство продолжало тратить, оно обнаружило, что цены, которые оно платило за товары и услуги (зарплата рабочих, продукты питания, нефть, уголь, сталь и т. Д.), Продолжали расти, что, в свою очередь, увеличивало количество денег, которое само казначейство было необходимо потратить. просто чтобы правительство работало.

Этот возросший спрос на новую валюту упал на Рейхсбанк, который с готовностью напечатал ее и передал в Казначейство, представляя ДРУГОЙ разрушительный цикл обратной связи, который приведет к экспоненциальному увеличению денежной массы.

20 сентября 1921 г. г-н Джозеф Аддисон, советник Британской Посольство в Берлине сообщило Министерству иностранных дел:

Ежедневное создание свежих бумажных денег, необходимых правительству для выполнения своих обязательств как дома, так и за рубежом (услуги и товары, которые он «обязан как предоставить, так и доставить») неизбежно снижает покупательную стоимость марки и приводит к новым требованиям, которые, в свою очередь, вызывают дальнейший спад, и так до бесконечности.

Кроме того, как видно выше, налоговая система не успевала за ними. Банкиры и богатые промышленники уже перевели большую часть своего богатства за границу или в иностранную валюту, а средний класс, зажатый разрушительной силой инфляции, не терпел никакого увеличения налогов.

Как и в большинстве промышленно развитых стран, правительство ежегодно собирало большую часть налогов, но с учетом того, что к зиме 1921 года инфляция превысила 100%, ежегодные налоги были в основном спорным вопросом.

Если бы правительство предъявило физическому лицу обязательство по уплате налога в размере 100 марок и он заплатил бы его годом позже, это стоило бы только примерно 16 марок или около того, и чем дольше он откладывал его, тем меньше ему пришлось бы заплатить.

Другие источники государственных доходов, такие как железнодорожные тарифы, патентные сборы, налоги на уголь и импортные пошлины, были зафиксированы на низком довоенном уровне.

Большая и сложная немецкая бюрократия чрезвычайно затрудняла изменение этих сборов, и даже когда они могли регулировать эти сборы, они никогда не могли поднимать их достаточно быстро или достаточно часто, чтобы не отставать от инфляции.

Когда правительство больше всего нуждалось в налогах, население начало массовую программу уклонения от уплаты налогов, как из-за гнева по поводу нынешней некомпетентности правительства Веймара, так и из-за быстро растущей инфляции.

Таким образом, у правительства не было никакого выхода, кроме как продолжать увеличивать объем своих запросов на печатные банкноты из Рейхсбанка, поскольку все другие источники финансирования (налогообложение и заимствования) постепенно прекращались.

Европейские банкиры трезво пришли к выводу, что Германия не может продолжать выплачивать свои платежи Антанте и рано или поздно ей придется объявить себя банкротом.

Состояние марки на иностранных биржах продолжало ухудшаться. В середине августа она несколько стабилизировалась на отметке 310 за фунт, но к середине сентября ускорилась до более чем 400 фунтов и продолжала снижаться.

К октябрю 1921 года состояние бюджета было мрачным. Что касается бумажных марок, сумма обычных расходов правительства плюс репарационные выплаты союзникам составила более 191 миллиарда марок. Доходы из предыдущего бюджета и новые предложения по налогообложению в июле составят всего 152 миллиарда марок.

В ноябре начался сумашедший ажиотаж

Видя неуклонное снижение марки, толпы людей устремились в магазины, чтобы выкупить товары.

Денежные счета в банках опустели, поскольку цены на бумажные марки начали стремительно расти. Полки магазинов опустели, и быстро развились черные рынки продуктов питания и промышленных товаров.

Советник посольства Великобритании Аддисон наблюдал за этой сценой:

Многие магазины заявляют, что все товары распроданы. Остальные закрываются от одного до четырех часов дня, и большинство из них отказываются продавать больше, чем по одному однотипному товару в одни руки. Большинство розничных покупателей покупают из-за опасений дальнейшего роста цены и истощения запасов.

В том же месяце по всей стране начались массовые забастовки

В Берлине, например, Аддисон сообщил, что ему пришлось работать в своем офисе в полумраке из-за забастовки муниципальных электриков.

Эта забастовка была прервана только обещанием повсеместного повышения заработной платы, что повлекло за собой дополнительные расходы в размере 400 миллионов, что еще больше оттеснило государственный бюджет.

Он прокомментировал:

«Невозможность рабочего класса получить даже очевидные предметы первой необходимости, кроме как по завышенным ценам, в сочетании с суровой наступлением зимы может привести к серьезным неприятностям».

В конце ноября марка, уже испытывавшая серьезные проблемы, упала до более чем 1,300 марок за фунт. В Берлине начались продовольственные бунты.

Поскольку нехватка товаров первой необходимости становилась все более частой, люди выстраивались в очереди за несколько часов до открытия магазинов.

Те, у кого были средства, копили десятки фунтов еды, откладывая большую часть ее для своих семей и продавая лишнее на черных рынках за непомерную прибыль, поскольку цены на черном рынке часто были на 30% выше, чем в магазине.

К гневу осажденных немцев, иностранцы всех мастей начали вливаться и скупать все с полок

Французские граждане хлынули тысячами, так как даже обычный рабочий теперь мог позволить себе покупать товары в элитных бутиках благодаря выгодному обменному курсу.

Европейцы со всего мира ели и ужинали в самых эксклюзивных ресторанах, скупая все лучшие закуски и пирожные. Рабочие могли только беспомощно наблюдать из окон, как граждане стран-победительниц теперь бросаются наедаться дешевыми немецкими товарами.

Цены на продукты продолжали расти, а воровство в магазинах стало обычным явлением.

К концу марта цены выросли еще на 50% по сравнению с декабрем предыдущего года

Азартные игры на биржах стали безудержными. Поскольку марка продолжала ежедневно терять в цене, открытие фондовых бирж стало национальным развлечением, и сотни тысяч немцев, от посыльных до водителей такси, сбрасывали любые лишние средства на биржи в надежде не отставать от быстрой инфляции.

Фаворитами были фирмы тяжелой промышленности, черной металлургии, угля или чугуна, а также производители сельскохозяйственной продукции или одежды — все, что имело отношение к реальным товарам.

Клиринговые палаты опаздывали на несколько дней в расчетах по сделкам, поскольку объемы взлетали до невиданных ранее уровней.

К июлю 1922 года г-н Сидс, генеральный консул в Мюнхене, написал, что еженедельные расходы его водителей только на еду выросли более чем на 550% по сравнению с прошлым годом.

Более редкие товары, такие как масло и мармелад, нельзя было купить менее чем в 8 раз дороже, чем в предыдущем году, и их можно было найти только на черных рынках, которые были запрещены Конгрессом.

Иностранцы, которые скупали целые магазины с товарами, теперь нацелились на немецкую недвижимость

Цены на землю в марках росли, но даже они не могли угнаться за быстро растущим обменным курсом — это означало, что в иностранной валюте цены на дома фактически падали.

Состоятельные французские, итальянские, британские и японские бизнесмены начали скупать участки недвижимости буквально за гроши.

Богатые воспользовались быстрым крахом, взяв огромные ссуды на покупку активов, поскольку реальная стоимость долга резко упала из-за безудержной инфляции.

Хьюго Стиннес, промышленник и мультимиллионер, стал печально известным по всей стране, построив производственную империю, на долю которой приходилась шестая часть всего промышленного производства страны.

Лорд Д’Абернон, британский советник посла в Берлине, написал в своей записи от 10 июля 1922 года:

«Все небо пасмурно и мрачно. Падение отметки продолжается — сегодня она составляет 2,430 марок за фунт, что примерно вдвое меньше, чем месяц назад. Цены растут и скоро вырастут вдвое по сравнению с уровнем 1 июня, зарплаты должны быть скорректированы. «

За четыре недели июля индекс оптовых цен вырос с 9 000 до 14 000, что означает очередной ежемесячный рост более чем на 50%. Frankfurter Zeitung зафиксировала, что оптовая цена товаров с довоенного времени выросла в 139 раз; кожи и текстиля в 219 раз. Яйцо, которое раньше стоило 4 пфеннига, теперь стоит 7,20 марки, что в 180 раз больше.

Таким образом, годовая зарплата банковского служащего позволит его семье выжить только около месяца.

В конце июля 1922 года репарационная комиссия решила уйти на летние каникулы, откладывая любое урегулирование биржевых потрясений до середины августа

Чрезмерный рост стоимости жизни оказывает все большее давление на работодателей.

1 августа правительственным чиновникам было предоставлено повышение заработной платы на 38%, а рабочим дополнительно 12 марок в час — дополнительная нагрузка на государственный бюджет в размере 125 миллиардов марок.

Планов по достижению этой цели не было, за исключением увеличения железнодорожных тарифов на 50% и очередного повышения почтовых тарифов, которые обеспечивали лишь небольшую часть необходимого дохода.

Сказать, что инфляция опустошила средний класс, было бы преуменьшением.

Министерство образования Германии выступило с заявлением в начале 1922 года, заявив, что они обнаружили, что средний школьник на два года отстает в развитии, как физически, так и интеллектуально, из-за нехватки хлеба и молока, а также из-за того, что детей забирают из школы, чтобы работать, чтобы обеспечить свои семьи.

В богатых кварталах были замечены матери из низшего сословия, ищущие в мусорных баках выброшенную еду в надежде найти своим детям что-нибудь поесть.

Однако судьба пожилых была намного хуже. Их фиксированные пенсии и сбережения в государственных облигациях были раздуты до такой степени, что некоторые не могли позволить себе даже ни одного яблока. Без зарплаты они не могли справиться с стремительно растущим прожиточным минимумом. Многие начали голодать и попрошайничать на улицах.

Между тем политики продолжали отрицать, что печатный станок был причиной их бед.

Доктор Ратенау, министр реконструкции, начал утверждать, что рост стоимости марки должен немедленно обеспокоить население, поскольку любое усиление марки по отношению к другим валютам, вероятно, вызовет рост банкротств во всех основных отраслях промышленности, поскольку долги станут сравнительно большими. дорого платить. Канцлер повторил эту записку:

Канцлер не признает никакой связи между печатанием денег и их обесцениванием.

«Vossische Zeitung» от 16 августа заявила, что мнение о том, что настоящая причина обесценивания заключается в потоке бумаги, не соответствует действительности.

Неудивительно, что с падением реальной заработной платы взяточничество и коррупция стали широко распространяться. Сотрудники патентных ведомств требовали крупных денежных взяток, иногда в размере 1000 марок и более, за регистрацию патентов, а правительственные чиновники всех типов начали добавлять непомерные сборы, которые они собирали лично, вместо того, чтобы отправлять их в государственную казну.

Единственными людьми, живущими с любым комфортом, были те, кто жил за счет сельской местности: фермеры, владельцы ранчо

Любые земельные долги, которые они были должны, испарялись на их глазах — ипотека на 7 лет была выплачена за 399/400 только за счет инфляции.

Конец августа 1922 года ознаменовал еще одну ужасную веху, когда отметка упала до отметки 9,000 марок за фунт, что более чем в 3 раза превышает уровень всего за два месяца до этого.

Те, кто владел землей, домами, промышленными товарами, драгоценными металлами и сырьем, были единственными, чье богатство осталось нетронутым. Для всех остальных падение марки к этому времени уничтожило практически все их богатство.

9 сентября 1922 года финансовые власти объявили, что за предыдущие десять дней было напечатано и распространено 23 миллиарда марок, что составляет 10% от общего тиража бумаги в стране.

Газеты писали: « Ежедневный объем производства федерального печатного станка увеличился до 2,6 миллиарда бумажных марок. В течение этого месяца он будет увеличен до 4 миллиардов бумажных марок в день, и есть надежда, что при достижении этой цифры дефицит денег будет окончательно преодолен»

Индекс потребительских цен Германии

В октябре 1922 года ситуация продолжала ухудшаться. Марка, казалось, перешла в состояние свободного падения, упав с 9000 до 13,000 марок за фунт за считанные недели.

Сентябрьский литр молока за 26 марок превратился в октябрьский литр за 50 марок. Масло по 50 марок за фунт в апреле можно было купить только по 480. Цена одного яйца также выросла вдвое, до 14 марок. В конце октября цена снова упала до уровня более 18,000 марок за фунт.

Разрыв между ростом стоимости жизни и ростом заработной платы стал очень заметным.

В то время как первая увеличилась примерно в 1500 раз, заработная плата горняка — самого высокооплачиваемого рабочего в Германии — выросла лишь в 200 раз.

Социальные и политические волнения продолжались. Ненависть ко всем иностранцам, но особенно к евреям, стала широко распространенной, поскольку популярное объяснение состояло в том, что союзники и евреи сотрудничали, чтобы манипулировать обменами и снижать цену. Газеты, подстрекаемые правительственными чиновниками, стремящимися отогнать общественный гнев от себя, пропагандировали и поддерживали эти теории.

На третьей неделе ноября произошли серьезные столкновения между полицией и толпами разгневанных рабочих по всей Германии после того, как они потребовали повышения заработной платы на 100% и пригрозили забастовкой.

В Дрездене произошла ожесточенная общественная вспышка, связанная со снижением уровня стоимости жизни, когда продовольственные магазины были разграблены, ущерб оценивается в 100 миллионов марок.

Затем последовала шумная демонстрация ксенофобии перед отелями, в которых размещались иностранцы, чье присутствие в стране обычно считалось причиной роста цен. Продовольственные бунты последовали в Брауншвейге и Берлине.

В декабрьских отчетах сообщалось, что молоко, которое стоило ему 78 марок за литр в первую неделю ноября, стоило ему 202 марки через месяц. Масло подорожало с 800 до 2000 марок за фунт, сахар с 90 до 220, яйца с 22 до 30. Мясо любого вида было практически недоступно, а колбаса резко подорожала до 1400 марок за фунт.

1923 — Год Тачки

Впереди был еще больший денежный хаос. Французские, бельгийские и итальянские члены репарационной комиссии при несогласии Великобритании приняли решение 9 января 1923 года, что Германия добровольно нарушила свои поставки угля и древесины в соответствии с мирным договором.

11 января французские и бельгийские войска пересекли границу и захватили Рур «в целях обеспечения поставок», начав формальную оккупацию долины. Премьер-министр Франции предупредил, что в случае необходимости будут применены санкции и «принудительные меры».

Рурская долина представляла собой динамично развивающееся индустриальное сердце Германии, и на ее долю приходилась подавляющая часть ее производственных мощностей.

Население, многие из которых были ветеранами войны, с неизменным патриотизмом к отечеству, начали массовую кампанию пассивного сопротивления под названием «Руркампф». Почти никто не работал; почти ничего не запускалось. Добыча угля была остановлена. Население — 2 миллиона рабочих, 6 миллионов душ — пришлось содержать за счет остальной части страны.

Немецкую экономику теперь призвали субсидировать бессрочную забастовку и отказали в использовании важнейших отечественных продуктов и сырья — угля, чугуна и стали, а также лишили ее существенных доходов от экспорта Рейн-Рур.

Казначейство было лишено всех обычных налоговых поступлений от огромной части национальной промышленности, а также налога на уголь и железнодорожных тарифов. Все железнодорожные линии в пределах и за пределами Рура были остановлены, поскольку рабочие отказались их эксплуатировать, а в некоторых случаях взорвали пути.

Значение потери Рура невозможно недооценить. Поскольку ее предприятия больше не производят, а миллионы не имеют работы, беженцы из Рура хлынули в остальную часть Германии.

Курс: 35,000 марок за фунтов стерлингов на Рождество 1922 года.

На следующий день отметка упала до 48,000 марок за фунтов стерлингов.

Дефицит товаров стал еще более серьезным, так как тысячи ферм и фабрик в Рурской области остались без присмотра. Производство меньшего количества товаров означало, что цены должны были вырасти еще больше, чтобы компенсировать дефицит.

Хемингуэй, приехавший из Франции, в марте 1923 года записал для газеты Toronto Daily Star, что шампанское стоит 38,000 марок за бутылку, а обед — 3,500 марок.

В марте, апреле и мае 1923 года доходы правительства составляли менее трети его расходов. Состояние бюджета продолжало ухудшаться.

В Имперском банке, печатавшем триллионы марок в день, начали заканчиваться чернила

Поэтому официальные лица решили печатать маркировку только на одной стороне банкноты, чтобы сэкономить чернила. Затем они приказали сократить выпуск периодических изданий и газет, чтобы их чернила и бумага могли быть использованы для печатных станков.

С 1 по 31 мая цена упала с 220,000 до 320,000 марок за фунт.

1 июня было отмечено выпуском первой банкноты в пять миллионов марок.

Мелкие преступления отчаяния процветали

Воровство, конечно, было обычным делом со времен войны, но теперь оно стало происходить в более крупных коммерческих масштабах. Металлические бляшки на национальных памятниках сняты. Свинец в одночасье начал исчезать с крыш. Бензин слили из цистерн всех легковых автомобилей.

Бартер уже был обычной формой обмена, но теперь такие товары, как латунь и топливо, становились валютой обычных покупок и платежей. Кресло в кинотеатре стоило кусок угля. Рубашки были оценены в картофеле. «Средневековье вернулось», — заметил один немец.

Ходили рассказы покупателей, которые обнаружили, что воры украли их корзины и чемоданы, в которых они несли свои деньги, оставив сам деньги лежать на земле.

Рабочие, которые всего несколько лет назад получали зарплату ежемесячно, теперь требовали ежедневную оплату — и они привозили тачки, чтобы забрать свои деньги.

В письме в министерство иностранных дел от 29 июня Аддисон зафиксировал тираж увеличение с 25 по 26 июня на 959 156 010 000 марок и с 26 июня и 27 из 1 523 534 460 000: за один день увеличение более чем на 500000000000 марок.

«Мы далеки от скромного ежедневного прироста в 160 миллиардов недели назад», — написал он.

Цены на все резко выросли

Объявление обменных курсов по радио стало обычным явлением в магазинах, поскольку владельцы магазинов хотели получать информацию каждую минуту. Например, покупатели, пришедшие за сыром, обнаружили, что цена выросла с 6000 до 8000 марок за фунт к тому моменту, когда они покинули магазин.

Торговцы не знали, как устанавливать цены, и часто просто закрывали магазин.

В кафе начали взимать первоначальные взносы за кофе, так как цена вырастала вдвое за час, и владельцы хотели быть уверены, что клиенты смогут заплатить.

Возникшая отвратительная правда заключалась в том, что по мере роста цен возрастал и сам спрос на деньги. При почти всех ценах на продукты питания выше 10,000 марок за фунт, стране требовались миллиарды марок в день новых банкнот, чтобы удовлетворить эти цены.

Они застряли в порочном круге, который, казалось, еще больше загонял их в пучину денежного разрушения.

В последние дни июня 1923 года марка упала с 600,000 до 800,000 за фунт, поскольку Рейхсбанк, отчаянно нуждавшийся в иностранной валюте, печатал марки оптом и продавал их, чтобы покупать другие валюты на бирже.

Уже через месяц марка будет торговаться на уровне 5,000,000 за 1 фунт

Компании начали платить рабочим обувью, кожей или чем-нибудь еще, что они могли достать. Многие предприятия начали вообще отказываться от знаков, если у них не было готовых средств немедленно от них избавиться.

Рейхсбанк, у которого кончилась бумага, потребовал сдать все формы бумаги для использования в печатных машинах.

Повышение заработной платы стало повседневным явлением. Те фирмы и города, которые не выполнили требования, столкнулись с массовыми беспорядками и грабежами своих предприятий.

Спрос на деньги продолжал экспоненциально расти: одна компания в Кобленце сообщила, что в понедельник ей потребовалось 300 миллиардов марок наличными, чтобы предотвратить бунты со стороны профсоюзных рабочих.

Рейхсбанк в начале августа пообещал печатать на местном уровне триллион марок в день — в 2500 раз больше, чем печаталось ежедневно 8 месяцев назад.

Правительство снова потребовало повышения цен на железнодорожные билеты на 400% и повышения налогов на прибыль и налоги на 140,000%. Через несколько дней было предложено увеличение на 600,000%. Даже если бы налоги работали, это не уменьшило бы дисбаланс бюджета вдвое.

Сегодня мы ежедневно выпускаем 20 триллионов марок новых денег. На следующей неделе банк увеличит эту сумму до 46 триллионов в день. Общая денежная масса в настоящее время составляет 63 триллиона долларов — таким образом, мы сможем выпустить через несколько дней 66% от общего предшествующего обращения. До его выступления марка торговалась на уровне 12,5 миллиона марок за фунтов стерлингов, в течение 48 часов она упала до 22 миллионов марок за 1 фунтов стерлингов.

Д-р Хавенштейн

президент Рейхсбанка

Состояние людей было отчаянным. Фермеры, видя денежный хаос, развязанный Имперским банком, отказывали городам в своих продуктах и мясе.

Пекари копили хлеб, потому что с каждым днем цены на него росли еще больше.

Это создало извращенный сценарий, когда фермы были заполнены едой, а сараи ломились от продуктов — но совсем нечего было есть в городах, где начался массовый голод.

Разграбление продуктовых рынков стало обычным явлением, поэтому они закрылись. Десятки тысяч начали умирать от голода. В Германии царил голод, как записал британский бизнесмен:

Меня тошнило от увиденного. Я увидел трех умирающих женщин. Они были на последних стадиях голодания.

Популярность нацистской партии, о которой многие до 1922 года не знали, резко возросла.

Правительство, жаждущее всего, что все еще имеет ценность, приказало солдатам совершать набеги на кафе в Берлине, вынуждая клиентов под дулами оружия сдавать всю иностранную валюту.

Солдаты собрали всего несколько тысяч долларов денег, но учения продемонстрировали не только тщетность политики, но и отчаяние развитой индустриальной страны, которая не смогла найти покупателей на иностранном рынке для своих марок.

Британский советник посла Аддисон записал 9 сентября 1923 года, что отметка упала с 300 миллионов марок за фунт до 500 миллионов только за последние 24 часа.

В отчаянии все, включая министров и канцлера, копили все, что могли, и отказывались платить налоги. Единственным препятствием на пути к раздаче еды было отсутствие валюты для оплаты.

К концу сентября Рейхсбанк печатал 3,2 квадриллиона марок в неделю

поразительную сумму, на которую было куплено всего лишь 5,2 миллиона фунтов стерлингов. Подсчитать цены стало практически невозможно, так как трудно было представить себе головокружительные цифры.

Деньги, необходимые для покупки одной буханки хлеба, октябрь 1923 г.

Контроль правительства над политической, не говоря уже о финансовой ситуации, был близок к критической точке.

26 сентября министр иностранных дел Штреземан приостановил действие Веймарской конституции, объявил чрезвычайное положение и передал исполнительные полномочия министру обороны г-ну Гесслеру.

Передача была формальностью. Фактически с тех пор в течение пяти месяцев генерал фон Сект, главнокомандующий рейхсвером (Веймарской армией), был высшей исполнительной властью в стране. На улицах разносились слухи о военном перевороте.

15 октября курс марки по отношению к фунту стерлингов превысил 18 миллиардов.

Шесть дней спустя он составил 80 миллиардов. На конец месяца общая денежная масса M1 (векселей в обращении) составила 2 496 822 909 038 000 000, или 2,49 квинтиллионов марок.

31 октября марка торговалась на уровне 310 миллиардов за один фунтов стерлингов.

В начале ноября новый человек, доктор Шахт, был назначен комиссаром по денежным вопросам. Состояние государственного бюджета было ужасающим. За предыдущие 10 дней федеральные расходы превысили доходы в 1000 раз.

Финансовые отчеты включают на каждой странице напоминание о том, что все цифры даны в квадриллионах.

Индекс стоимости жизни, взятый в 1914 году за 1, вырос с 15 миллионов в сентябре до 3,6 миллиарда в октябре и достиг 218 миллиардов 12 ноября 1923 года.

Д-р Шахт приказал немедленно остановить печатный станок 15 ноября.

Хавенштейн, президент Рейхсбанка, был в ярости. Шахт записал, что все невыпущенные бумажные марки, находившиеся тогда в руках Рейхсбанка, могли заполнить 300 десятитонных железнодорожных вагонов.

Знак, уже находящийся в свободном падении, имел слишком большой нисходящий импульс и, таким образом, продолжил свое параболическое снижение.

12 триллионов марок за 1 фунт стерлингов 15 ноября

затем 18 триллионов за 1 фунт стерлингов всего 5 дней спустя.

Шахт объявил о создании новой валюты — рентной марки, которая должна была обеспечиваться землей.

Таким образом, векселя Rentenbank были гарантированы в равных суммах ипотекой на земельную собственность и облигации на немецкую промышленность, торговлю, коммерцию, банковское дело и транспорт.

К 30 ноября в обращение поступило 500 миллионов рентных марок. Это, наконец, сработало — поскольку выпуск банкнот был фиксированным, и они были обеспечены таким дефицитным товаром, как земля, люди, измученные хаосом предыдущих месяцев, с готовностью перешли на рентную марку.

Цены стабилизировались, обменные курсы нормализовались, и продукты питания начали возвращаться на городские рынки. Новые деньги были приняты, несмотря на то, что это была неконвертируемая бумажная валюта.

Обменный курс бумажной марки к старым золотым маркам составлял от 1 000 000 000 000 до 1 триллиона старых марок за каждую золотую марку. Предыдущий курс обмена до войны был 4: 1.

Общий объем обращения старых бумажных марок (денежная масса M1) на конец ноября составил 400 квинтиллионов.

К декабрю полностью исчезла нехватка продовольствия, и политическая ситуация несколько стабилизировалась. Веймарская республика просуществовала бы еще десять лет, до 1933 года, когда нацистская партия во главе с Гитлером захватила правительство и навсегда приостановила действие конституции.

Эпилог

Мы подробно рассмотрели быстрый крах торговой марки и падение Германии в пучину гиперинфляции.

Следующие публикации будут сосредоточены на Соединенных Штатах в наши дни и дилемме, с которой сталкивается ФРС — как справиться с непреодолимым уровнем долга, который сейчас пронизывает всю американскую экономику и федеральное правительство и их конечной дилемме – уничтожить ли казначейство (подняв ставки) или уничтожить доллар (напечатав его до небытия).

Продолжая эту серию, я хочу, чтобы вы поразмышляли о факторах, имевших место в Веймарской Германии в 1919 году до коллапса и сравнили их с современными США.

Конечно, Веймар не является идеальным аналогом США, мы на 100 лет более продвинуты в технологическом плане, более социально-прогрессивный и не находящийся под угрозой военного вторжения. При этом есть важные сходства.

  • Огромный, невыплачиваемый государственный долг.
  • Быстро увеличивающийся дефицит федерального бюджета.
  • Уклонение от уплаты налогов, особенно богатыми.
  • Недавно проиграли дорогостоящую войну.
  • Экспоненциально растущая денежная масса.
  • Инфляционные замкнутые петли.
  • Рост инфляции.
  • Растущая политическая поляризация.
  • Социальное и моральное разложение высших классов.
  • Увеличение имущественного неравенства.
  • Усиление ксенофобии.
  • Конец долгового цикла + массовые банкротства компаний.
  • Политические беспорядки, бунты против истеблишмента.
  • Спекуляция богатых промышленников с целью скупки огромных массивов недвижимости.
  • Банки, использующие лазейки для вывода капитала из страны.
  • Значительная потеря промышленного производства (в Германии из-за войны/оккупации, а в США из-за Китая).
  • Нехватка товаров.
  • Испарение средних классов.
  • Быстро растущие цены на дома и активы.
  • Азартные игры на биржах.
  • Безудержная коррупция и жадность в государственных учреждениях.
  • Центральные банки покупают огромные суммы государственного долга.
  • Постоянное отрицание политиками усиливающейся инфляции.

Япония Уровень инфляции | Данные на 2021 год | Прогноз на 2022 год | 1958-2020 Исторический

Потребительские цены в Японии выросли на 0,2 процента в годовом исчислении в сентябре 2021 года, восстановившись после падения на 0,4 процента месяцем ранее и продемонстрировав первый годовой прирост с августа 2020 года. Произошел рост цен на продукты питания (0,9 процента против -1,1 процента. в августе), жилье (0,7 процента, как в августе), оплата за топливо, свет и воду (4,4 процента против 2,5 процента), мебель и предметы домашнего обихода (1.7 процентов против 2,9 процента), культура и отдых (3,3 процента против 3,7 процента) и прочее (1,2 процента, как в августе). С другой стороны, цены на транспорт и связь продолжали снижаться (-6,4 процента против -6,6 процента), а также на медицинское обслуживание (-0,2 процента против -0,1 процента). Основные потребительские цены, без учета свежих продуктов питания, выросли на 0,1 процента, что стало первым месяцем роста с марта 2020 года на фоне роста цен на топливо. С учетом сезонных колебаний ежемесячно потребительские цены выросли на 0.4 процента в сентябре, максимум с января. источник: Министерство внутренних дел и коммуникаций

Уровень инфляции в Японии в период с 1958 по 2021 год составлял в среднем 2,86 процента, достигнув рекордного уровня в 24,90 процента в феврале 1974 года и рекордно низкого уровня в -2,50 процента в октябре 2009 года. На этой странице представлены последние данные по инфляции в Японии. Ставка — плюс предыдущие выпуски, исторические максимумы и минимумы, краткосрочный и долгосрочный прогноз, экономический календарь, консенсус опроса и новости.Уровень инфляции в Японии — данные, исторический график, прогнозы и календарь выпусков — последний раз обновлялся в ноябре 2021 года.

Ожидается, что уровень инфляции в Японии к концу этого квартала составит 0,50 процента, согласно глобальным макромоделям Trading Economics и ожиданиям аналитиков. Согласно нашим эконометрическим моделям, в долгосрочной перспективе ожидается, что уровень инфляции в Японии составит около 0,70 процента в 2022 году и 1,40 процента в 2023 году.

Япония Уровень инфляции 1960-2021 | МакроТренды

Инфляция, измеряемая индексом потребительских цен, отражает ежегодное процентное изменение стоимости для среднего потребителя приобретения корзины товаров и услуг, которая может фиксироваться или меняться через определенные промежутки времени, например, ежегодно.Обычно используется формула Ласпейреса.
  • Уровень инфляции в Японии на 2020 год составил -0,02% , что на меньше на 0,49% по сравнению с 2019 годом.
  • В Японии уровень инфляции в 2019 году составил 0,48% , что на меньше на 0,5% по сравнению с 2018 годом.
  • Уровень инфляции в Японии в 2018 году составил 0,98% , что на 0,51% больше по сравнению с 2017 годом.
  • Уровень инфляции в Японии в 2017 году составил 0,47% , что на 0,58% больше по сравнению с 2016 годом.
Уровень инфляции в Японии — исторические данные
Год Уровень инфляции (%) Годовое изменение
2020 -0.02% -0,49%
2019 0,48% -0,50%
2018 0,98% 0,51%
2017 0,47% 0,58%
2016 -0,12% -0,91%
2015 0.79% -1,97%
2014 2,76% 2,42%
2013 0,35% 0,40%
2012 -0,05% 0,22%
2011 -0,27% 0,45%
2010 -0.72% 0,63%
2009 -1,35% -2,73%
2008 1,38% 1,32%
2007 0,06% -0,19%
2006 0,25% 0,53%
2005 -0.28% -0,27%
2004 -0,01% 0,25%
2003 -0,26% 0,67%
2002 -0,92% -0,18%
2001 -0,74% -0.06%
2000 -0.68% -0,34%
1999 -0,34% -1,00%
1998 0,66% -1,09%
1997 1,75% 1,61%
1996 0,14% 0,26%
1995 -0.13% -0,82%
1994 0,70% -0,55%
1993 1,24% -0,52%
1992 1,76% -1,49%
1991 3,25% 0,17%
1990 3.08% 0,81%
1989 2,27% 1,59%
1988 0,68% 0,55%
1987 0,13% -0,47%
1986 0.60% -1,44%
1985 2.03% -0,23%
1984 2,26% 0,36%
1983 1,90% -0,84%
1982 2,74% -2,17%
1981 4,91% -2,87%
1980 7.78% 4,08%
1979 3,70% -0,51%
1978 4,21% -3,95%
1977 8,16% -1,21%
1976 9,37% -2,36%
1975 11.73% -11,49%
1974 23,22% 11,61%
1973 11,61% 6,77%
1972 4,84% -1,55%
1971 6.40% -0,53%
1970 6.92% 1,67%
1969 5,25% -0,09%
1968 5,34% 1,35%
1967 3,99% -1,05%
1966 5,04% -1,62%
1965 6.66% 2,86%
1964 3,80% -2,91%
1963 6,71% -0,13%
1962 6,84% 1,47%
1961 5,37% 1,79%
1960 3.57% 1,79%

единиц измерения базовой инфляции: 日本 銀行 Банк Японии

Показатели базовой инфляции (так называемые показатели базовой инфляции), полученные путем устранения временных отклонений от фактических изменений, наблюдаемых в потребительских ценах, часто используются для анализа инфляции. Вместо того чтобы сосредотачиваться на конкретном показателе базовой инфляции, всестороннее изучение различных показателей базовой инфляции позволяет нам более точно определять тенденции движения цен.

Департамент исследований и статистики Банка Японии публикует следующие четыре оценки в соответствии с ежемесячным выпуском официального ИПЦ Японии: индекс распространения увеличивающихся / убывающих позиций; обрезанное среднее; режим; и взвешенная медиана.

Эти оценки, как правило, публикуются в 14:00, через два рабочих дня после публикации официального ИПЦ для Японии.

Для получения дополнительной информации о процедурах оценки и характеристиках этих показателей базовой инфляции см. Банк Японии Обзор серии ниже.

Данные исследований

Пояснения и сопутствующие материалы

Обзор Банка Японии, серия

Поправка на изменение ставки налога на потребление

ИПЦ с поправкой на налог на потребление публикуется Статистическим управлением Министерства внутренних дел и коммуникаций в качестве справочных данных по следующим внешним ссылкам.

Уведомления об изменениях

9 февраля 2017 г.
Изменения в серии данных и графике публикации данных исследования «Меры базовой инфляции»

Уведомление

Диаграммы и данные, представленные здесь, предназначены для информирования о некоторых исследованиях и анализах Банка Японии широкому кругу пользователей, интересующихся экономическими и финансовыми событиями.
Обратите внимание, что в эти диаграммы и данные могут вноситься внеплановые изменения, исправления и прекращения действия.
Пожалуйста, свяжитесь с Департаментом исследований и статистики Банка Японии, чтобы запросить разрешение при воспроизведении или копировании содержания этих диаграмм и данных в коммерческих целях.
Укажите источник при цитировании, воспроизведении или копировании содержания этих диаграмм и данных.

Запросы

Группа экономической оценки и прогнозов,


Отдел экономических исследований, Департамент исследований и статистики

Тел .: + 81-3-3279-1111

Уровень инфляции в Японии, 2020

Обзор

Месячная инфляция в Японии составила -0.49% в ноябре 2020 года. Это на 0,30 меньше, чем было в октябре 2020 года, и на 0,59 меньше, чем в ноябре 2019 года. При этом уровень инфляции с начала 2020 года составляет -0,98%, а годовой уровень инфляции составляет -0,98%.

В 2020 году Япония занимает первое место в мире по годовому уровню инфляции.

Как и во многих других странах, инфляция в Японии рассчитывается на основе индексов потребительских цен (ИПЦ), рассчитываемых с 1946 года, в конце Второй мировой войны. Однако до 1970 года использовалась другая методология, и цифры доступны только в 1970 году.

Потребительские цены представляют собой цены, которые конечный потребитель должен платить за продукт или услугу вместе со всеми налогами и сборами.

Текущий уровень инфляции


Уровень инфляции в ноябре 2020 года:

(месяц за месяцем, MOM)

-0,49%
Уровень инфляции с начала года, с начала года: -0,98%
Уровень инфляции в октябре 2020 года, MOM: -0.20%
Уровень инфляции в ноябре 2019 года, MOM: 0,10%
Уровень инфляции в ноябре 2019 г., с начала года: 0,79%
Уровень инфляции в 2019 году: 0,79%
Инфляция за последние 12 месяцев:

(год к году, г / г)

-0,98%
Уровень инфляции за последние 60 месяцев (5 лет): 1.40%
Инфляция за последние 120 месяцев (10 лет): 5,08%

Уровень инфляции по месяцам рассчитывается только для самого рассматриваемого месяца — с первого до последнего числа этого месяца:

Янв фев Мар Апрель Май июн июл августа сен Октябрь Ноябрь декабрь Всего
Месяц к месяцу,% -0.10 -0,20 -0,10 0,00 -0,10 -0.10 0,20 0,10 0,00 -0,20 -0.49 -0,98

Годовой уровень инфляции рассчитан за 12 месяцев: 11 месяцев, предшествующих предметному, и сам предметный месяц:

Янв фев Мар Апрель Май июн июл августа сен Октябрь Ноябрь декабрь Всего
Год за годом (12 месяцев),% 0.69 0,49 0,39 0,10 0,00 0,10 0.30 0,20 0,10 -0,39 -0,98 -0.98

Уровень прогрессивной инфляции — это возрастающая инфляция с начала года до даты, которая суммирует темпы с начала календарного года до конца рассматриваемого месяца:

Янв фев Мар Апрель Май июн июл августа сен Октябрь Ноябрь декабрь Всего
Прогрессивная (с начала года),% -0.10 -0,29 -0,39 -0,39 -0,49 -0.59 -0,39 -0,29 -0,29 -0,49 -0.98 -0,98

Подробнее

Есть больше ресурсов об инфляции в Японии:

Hotlinking и повторное использование графиков

Все графики регулярно обновляются, и на них можно ссылаться и использовать на сторонних веб-сайтах и ​​блогах при определенных условиях. Также диаграммы поддерживают параметры, которые помогают настроить внешний вид диаграмм.Подробную информацию о параметрах и условиях использования см. На странице API графиков.

О данных

Все данные и расчеты основаны на официальных индексах потребительских цен, ежемесячно публикуемых Статистическим бюро Министерства внутренних дел и коммуникаций правительства Японии.

Данные по инфляции в Японии публикуются в конце месяца, следующего за отчетным, с округлением до одного десятичного знака.

Последнее обновление:

Банк Японии видит низкую инфляцию в течение многих лет, что свидетельствует о задержке отмены стимулов

Банк Японии в Токио, Япония, 11 октября 2021 г.

Джереми Хорнер | LightRocket | Getty Images

В четверг Банк Японии сохранил простые настройки денежно-кредитной политики и прогнозировал инфляцию на уровне значительно ниже целевого показателя в 2% еще как минимум на два года, что подкрепляет уверенность рынка в том, что он будет отставать от других центральных банков в отмене политики кризисного режима.

По свежим квартальным оценкам, Банк Японии снизил свой прогноз потребительской инфляции на год, заканчивающийся в марте 2022 года, с 0,6% до 0%, в основном из-за снижения тарифов на мобильную связь и изменения индекса цен в базовом году.

Центральный банк также снизил прогноз экономического роста в этом году из-за вялого потребления и ущерба для промышленного производства из-за перебоев в поставках, вызванных пандемией Covid-19.

Прогнозы подчеркивают разрыв в политике между Японией и другими странами.

В Австралии базовая инфляция достигла самых высоких годовых темпов с 2015 года.

Ранее в четверг Резервный банк Австралии не сделал предложения о покупке государственных облигаций, которые являются стержнем его программы стимулирования, что вызвало спекуляции на рынке о раннем повышение процентных ставок.

И в одночасье Банк Канады потряс рынки, полностью прекратив покупку облигаций и отметив повышение уже в апреле.

«В то время как другие страны постепенно движутся к сокращению денежно-кредитного стимулирования, Банк Японии живет в совершенно ином мире и отличается от глобальной тенденции», — сказал Масамичи Адачи, главный экономист UBS Securities.

«Учитывая умеренные инфляционные ожидания, Банк Японии будет придерживаться политики смягчения при контроле кривой доходности, по крайней мере, до тех пор, пока губернатор Курода и два его заместителя не отслужат свои сроки в 2023 году».

Как и ожидалось, Банк Японии сохранил свой целевой показатель по краткосрочным процентным ставкам на уровне -0,1% и по доходности 10-летних облигаций на уровне около 0% на двухдневном пересмотре ставок, завершившемся в четверг.

Инфляционные ожидания «растут»

Экономика Японии вышла из спада, вызванного пандемией в прошлом году, поскольку устойчивый зарубежный спрос поддерживал экспорт, компенсируя некоторую слабость в потреблении.

Но узкие места в поставках и нехватка микросхем ударили по производителям, омрачая перспективы экономики, зависящей от экспорта.

Рост цен на сырье привел к тому, что в сентябре оптовая инфляция в Японии достигла 13-летнего максимума. Но передача доходов домашним хозяйствам была чрезвычайно медленной из-за вялого внутреннего спроса, удерживая потребительскую инфляцию на уровне около нуля.

Это оставляет Японию особняком, особенно с учетом того, что усиление глобального инфляционного давления побуждает все больше центральных банков рассмотреть возможность отмены своих массивных стимулов.

Экономисты со всего мира ожидают, что 13 из 25 центральных банков поднимут ставки хотя бы один раз до конца следующего года, показал глобальный опрос Reuters.

Несмотря на внешние препятствия для роста, Банк Японии оптимистично оценил перспективы восстановления экономики Японии. Он повысил прогноз роста на следующий финансовый год и охарактеризовал недавнее замедление экспорта и производства как «временное».

«Экономика, вероятно, восстановится, поскольку влияние пандемии постепенно ослабевает», — говорится в сообщении, добавляя, что сила корпоративного сектора будет постепенно распространяться на домохозяйства.

Банк Японии также заявил, что инфляционные ожидания «повышаются», указывая на вероятность того, что рост заработной платы постепенно заставит домохозяйства смириться с повышением цен.

«По мере того, как фирмы стремятся изменить свое поведение по ценообразованию, все больше из них могут начать перекладывать расходы и повышать цены», — говорится в отчете Банка Японии.

Даже в условиях глобальной инфляции Япония вряд ли достигнет своей цели

Даже когда во всем мире цены на товары растут, давняя попытка Японии повысить инфляцию остается далекой целью.

Правительство объявило в пятницу, что основные потребительские цены в Японии, за исключением нестабильных свежих продуктов питания, упали на 0,2% по сравнению с прошлым годом, отметив 12 месяцев снижения подряд и подчеркнув постоянную проблему для политиков страны.

Благодаря давлению со стороны администрации премьер-министра Ёсихидэ Суги на основных операторов Японии с целью снизить ежемесячную плату за смартфоны, плата за мобильную связь упала на 39,6%, что является основным фактором снижения уровня инфляции. Цены на энергоносители выросли в совокупности на 5%.8%, при этом бензин и керосин подорожали на 19,6% и 25,2% соответственно из-за роста цен на сырую нефть.

Стоимость проживания выросла на 17,3%, так как в прошлом году правительство продвигало свою программу субсидирования командировок, известную как Go To Travel.

Без учета цен на свежие продукты питания и энергоносители уровень инфляции снизился на 0,6% по сравнению с предыдущим годом.

Хотя в Японии он остается вялым, ускорение инфляции стало новой проблемой за рубежом.

Внедрение вакцинации позволило некоторым крупным странам оправиться от экономических последствий пандемии коронавируса, поскольку сдерживаемый спрос и ограничения предложения спровоцировали всплеск цен во всем мире в последние месяцы.

В США потребительские цены выросли на 5,4% по сравнению с предыдущим годом в июне и июле, что является самым высоким скачком с августа 2008 года. В еврозоне в июле уровень инфляции составил 2,2%, что превысило целевой показатель Европейского центрального банка в 2%.

Кто-то может задаться вопросом, дойдет ли эта волна инфляции до Японии, где правительство пытается поднять инфляцию в течение почти десятилетия, но экономисты говорят, что потребительские цены вряд ли пострадают в любом случае.

«В Японии идея о том, что цены практически не растут, глубоко укоренилась (среди потребителей), — сказал Тору Суэхиро, старший экономист Daiwa Securities.

«В этом смысле для Японии было бы неплохо, если бы потребительские цены временно выросли из-за стремительного роста спроса наряду с возобновлением ее экономики, как и в Соединенных Штатах. Но на данный момент шансы выглядят мрачными ».

Люди делают покупки в официальном магазине Олимпийских игр в Токио 30 июля. | REUTERS

Банк Японии долгое время пытался достичь целевого показателя инфляции в 2%, несмотря на крайне мягкую денежно-кредитную политику с тех пор, как губернатор Харухико Курода пришел к власти в 2013 году.

Повышение цен на товары за рубежом и рост цен на сырье во всем мире увеличили расходы японских компаний, которые полагаются на импорт товаров.

Это привело к тому, что некоторые отечественные фирмы, чья продукция напрямую пострадала от роста цен на сырье, подняли цены на свою продукцию — от муки и макарон до майонеза. В июле оптовые цены фактически подскочили на 5,6% по сравнению с годом ранее — это самый большой рост за 13 лет.

Но потребительские цены в стране далеки от того, чтобы соответствовать мировым тенденциям, и многие фирмы, вероятно, по-прежнему будут сопротивляться повышению цен.

«На данный момент мы не видим, чтобы компании переносили увеличивающие затраты на свою конечную продукцию для потребителей», — сказал Сюнсуке Кобаяши, главный экономист Mizuho Securities.

«Сейчас, возможно, самое сложное время для компаний, которые продают товары или предоставляют услуги потребителям, поскольку японские потребители чувствительны к росту цен».

Суэхиро из Daiwa Securities сказал, что, поскольку компании берут на себя растущие расходы, ущерб для потребительских цен может быть ограничен, но это повредит прибыли компаний, что затем может отразиться на заработной плате потребителей.

Торговый район Харадзюку в Токио 9 августа | REUTERS

Что касается возможности того, что возобновление экономики поддерживает инфляцию, Суэхиро говорит, что этот сценарий маловероятен, отмечая недавние данные, которые подразумевали, что в Японии не будет взрывоопасного отложенного спроса, даже если она полностью перезапустит экономику.

Согласно правительственным данным о валовом внутреннем продукте страны в апреле-июне потребление неожиданно увеличилось на 0,8% по сравнению с предыдущим кварталом. Экономисты прогнозировали, что рост будет нулевым, поскольку в Токио и некоторых других префектурах будет введено чрезвычайное положение.

Однако, поскольку люди приспособились к жизни в условиях пандемии и чрезвычайные меры стали менее эффективными в ограничении передвижения людей, потребители уже снова начали тратить деньги — даже в условиях чрезвычайной ситуации.

Это говорит о том, что в отличие от США, где за короткий период времени произошло резкое восстановление потребления, потребление в Японии, вероятно, будет восстанавливаться умеренными темпами в течение следующих нескольких месяцев или года.

В этом случае, «когда экономика полностью откроется, уровень потребления, вероятно, уже вернется к норме… поэтому я думаю, что не будет трения (между спросом и предложением), которое приведет к резкому росту цен», — сказал Суэхиро. .

Банк Японии заявил, что цены, как ожидается, вырастут, как только экономическая деятельность наберет обороты, но инфляция не достигнет целевого показателя в 2% до 2024 года.

Во времена дезинформации и слишком большого количества информации качественная журналистика как никогда важна.
Подписавшись, вы можете помочь нам понять историю.

ПОДПИШИТЕСЬ СЕЙЧАС

ФОТОГАЛЕРЕЯ (НАЖМИТЕ ДЛЯ УВЕЛИЧЕНИЯ)

Спустя 20 лет Япония все еще застряла в дефляционном мышлении: Курода

ТОКИО. Даже после двух десятилетий агрессивного смягчения денежно-кредитной политики японцы не смогли избавиться от своего дефляционного мышления.Харухико Курода сказал Nikkei, пообещав придерживаться курса до тех пор, пока инфляция не стабилизируется на уровне 2%.

В то время как центральные банки в США и Европе начинают рассматривать ужесточение мер, поскольку нарастают опасения чрезмерной инфляции, рост цен в Японии остается неизменно слабым, а экономика вялой.

«Прошлая дефляция по-прежнему влияет на мышление людей», — сказал Курода, признав, что «вынужден был признать, что ускорение инфляции заняло больше времени, чем ожидалось». Но губернатор защитил свою политику, заявив, что она «действительно создала недефляционные условия.

Курода, который в этом месяце должен стать губернатором Банка Японии с самым долгим сроком полномочий, пообещал достичь 2% инфляции в течение примерно двух лет после вступления в должность весной 2013 года.

Он приступил к массовым закупкам государственных облигаций и другие активы с этой целью. Рост цен, ранее находившийся в отрицательной зоне, подскочил до среднего диапазона в 1% примерно за год, но после этого потерял обороты и упал ниже нуля в прошлом году на фоне пандемии коронавируса.

Больше восьми лет. За полтора года пребывания на посту губернатора Курода задействовал все инструменты политики Банка Японии, включая отрицательные процентные ставки и перспективные прогнозы по долгосрочным ставкам.Тем не менее, цель в 2% так и осталась недостижимой.

Согласно Банку Японии, рост цен остался на положительной территории, за исключением чрезвычайных факторов, таких как снижение тарифов на беспроводную связь по инициативе правительства. По оценке его политики в марте, реальный валовой внутренний продукт на 0,9–1,3% выше, а инфляция на 0,6–0,7 процентного пункта выше, чем они были бы без качественного и количественного смягчения.

Действия предприятий и домашних хозяйств «обычно обусловлены прошлыми дефляционными условиями», — сказал Курода.Он утверждал, что если это фиксированное представление о застойных ценах можно изменить, целевой показатель инфляции в 2% может быть достигнут.

Но настоящая проблема в том, что в Японии до сих пор нет условий, способствующих такому устойчивому росту цен. По данным Организации экономического сотрудничества и развития, за последние 20 лет средняя номинальная заработная плата выросла примерно на 80% в США и примерно на 50% в Германии и Франции, но снизилась на 5% в Японии.

Без более высокой оплаты потребители не будут тратить больше. Компании со стабильными продажами не хотят повышать зарплату рабочим и могут даже снижать цены, чтобы стимулировать спрос, подпитывая порочный круг медленного роста и низкой инфляции.

Усилия правительства по структурным реформам и стратегии роста мало что сделали для повышения экономического потенциала Японии. Потенциальные темпы роста оставались ниже 1% в течение последних двух десятилетий и сейчас составляют около 0,5% по сравнению с 1,8% в США и 0,8% в еврозоне.

«Потребуется время, чтобы структурная реформа принесла результаты», — сказал Курода. Он призвал правительство продолжать продвигать эти меры там, где это необходимо.

Курода, который ранее работал над валютной политикой в ​​Министерстве финансов, стремился использовать смягчение денежно-кредитной политики, чтобы скорректировать чрезмерную силу иены, которая рассматривается как тормоз для экономики.И курс валюты значительно снизился: с менее чем 90 иен за доллар до примерно 110 иен сейчас.

Тем не менее, тот факт, что чистый экспорт фактически снижал реальный рост в каждый из трех лет до 2020 финансового года, поставил под сомнение предположение о том, что более мягкая иена является благом.

Обычный механизм ослабления иены, увеличивающий объемы экспорта и, следовательно, рост «ослабел», поскольку компании переносили производство на шельф, сказал Курода. Но он также отметил, что слабая иена «увеличивает выраженную в иенах прибыль компаний, работающих за границей», поощряя рост заработной платы и капитальных расходов.

Баланс Банка Японии увеличился до 130% ВВП, с примерно 30% до Куроды. Для сравнения: примерно 30% в Федеральной резервной системе и 60% в Европейском центральном банке — разрыв, который еще больше увеличится, если эти органы начнут нормализовать денежно-кредитную политику.

Годы сверхслабой политики имели ряд побочных эффектов. Общий чистый процентный доход домашних хозяйств упал до 6 триллионов иен в 2001 году, когда было введено количественное смягчение, с более чем 10 триллионов иен в конце 1990-х годов и сейчас колеблется на уровне около 5 триллионов иен (46 миллиардов долларов).




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *